ПРЕДИСЛОВИЕ

Практически во все времена и во всех странах верили, что есть и другой мир- невидимый, вечный, непостижимый по сути своей – существующий парралельно обычному, повседневному. Тот мир – мир душ и духов, ангелов и демонов, богов и чудовищ, в нем можно найти ответы на все великие вопросы. Магия, мистический предшественник религии претендовала на знание ответов. Но если белая магия искала эти ответы в божественном или святом источнике, черная магия смотрела в другую сторону, заручаясь помощью Сатаны или его порождений, волшебники и маги утверждали, что способны проникнуть в величайшие тайны. Оккультные науки ведут свое начало от древних народов Среднего Востока ( оккультизм лежал в основе религиозных верований Вавилона и Египта), в средние века и в эпоху возрождения они достигли своего зенита в Западной Европе. Древние практики возродились, почитались и оттачивались, они вобрали в себя не только новейшие открытия в области медицины и металлургии, астрономии и анатомии, ботаники и зоологии, но и – что еще важнее- дух смелых исканий, характерный для этого периода. Считавшееся волшебством постепенно становилось фактом. Оккультные науки со временем превратились в зачатки науки современной.
У любого порядочного волшебника есть гримуар, или книга черной магии, к которой он обращается за всеми необходимыми советами и рекомендациями. Общением с бесами – дьявольски сложное и опасное занятие: во - первых, их надо призвать, затем удержать в повиновении, чтобы заставить сделать желаемое, наконец убедиться, что от них удалось избавиться окончательно и бесповоротно и не потерять в процессе свою душу. Все это весьма непросто. На Западе его знали под многими именами. Волхв, колдун, волшебник, маг. Чаще всего мы представляем себе его как фигуру в длинной робе. Усеянной звездами, в остроконечном колпаке и с длинной седой бородой, в руках его волшебная палочка. Он – повелитель оккультного мира и его незримых сил, способный вызывать бури, налагать заклятия, бросать вызов природе и подчинять все своей воле. Но родился он на Востоке, в царстве древних персов. Там волхвы, или мудрецы, были жрецами, толкователями мудрости Зороастра. Наше слово «МАГИЯ» происходит от их названия «MAGI». Мудрецы, принесшие дары младенцу Иисусу, были волхвами с Востока. По мнению некоторых богословов, высокоученые астрологи Каспар, Мельхиор и Бальтазар – именно так их звали – последовали за вспыхнувшей на небе звездой, дошли до Вифлеема и там отреклись от своих языческих верований.
В наши дни когда говорят, о магии чародействе, волшебстве, колдовстве, то имеют в виду по меньшей мере три разных явления, три разные системы веры и воздействия на окружающий мир и людей. Простую, или низшую магию которая обнаруживается в любой культуре и в любой исторический период – от глубокой древности и до современности. Черное дьявольское колдовство времен позднего средневековья и Возрождения. И наконец, язычество, неожиданно вновь расцветшее в 20 столетии.
История распорядилась так, что христианство стало силой, сыгравшую решающую силу в судьбе магии. Медленно, но верно оно завоевывало Европу. В Римской империи, этот процесс длился четыре столетия с Рождества Иисуса. Англия была покорена новой религией лишь к -7 веку нашей веры. Германия к- 9, Скандинавия – к 12 столетию. В яростном противоборстве столкнулись две культуры, два мира. Прежние верования безжалостно уничтожались, растаптывались, изгонялись. Крест воцарился над всеми. Но, как и во многих других случаях жизни, полная победа оказалась иллюзорной. Старое прорастало вновь- где почти открыто тесня славящих Иисуса, где незаметно сливаясь с христианством. Многие существа- гномы, гоблины, эльфы, тролли, кобольды, русалки, лешие и другие- опять заняли свое место в лесах и озерах, на горах и полях, в домах людей. Правда, теперь все они превратились в нечистую силу, в прислужников Сатаны, иногда добрых к человеку, но все равно принадлежащих к Царству Тьмы. Итак, магия, языческие религии, народные верования стали первыми тремя источниками и составными частями европейского колдовства. Христианские ереси, выступавшие с резкой критикой официальной церковной доктрины, заняли четвертое место.